Семья фермера жалуется на препятствия в доступе к медицинской помощи во время домашнего ареста.
По словам Светланы Паниной из Новосибирской области, её мужу отказывают в выезде к врачу во время домашнего ареста, что вызывает тревогу за его здоровье.
Она рассказала, что её мужа обвиняют в поджоге площадки для утилизации погибшего скота. Панина считает, что сроки и порядок предъявления обвинения нарушены и намерена обжаловать действия полиции и следователя.
Документ якобы датирован 25 сентября, но пришёл супругу 8 ноября. Панина связывает задержку с жалобами, которые она направляла в различные инстанции.
По её версии, эпизод связан с тем, как муж заступился за неё во время конфликта с полицейскими; она утверждает, что сотрудники применили к ней физическую силу, а её муж, находившийся в наручниках, якобы махнул пакетом в их сторону. Это зафиксировано на видео.
По дороге из Новосибирска в Купино его перевозили в гражданской одежде и без документов. В селе Кочки его пересадили в другой автомобиль — белую Ниву, где находились трое мужчин. В Купино допрос состоялся около трёх часов ночи с участием адвоката, ордер находился в центральном управлении полиции.
«Они не предъявляли документы и везли человека без пояснения причин; он просто заступался за супругу», — утверждает Панина.
Панина сообщила о ухудшении здоровья мужа: ухудшилось зрение, появились проблемы с сердцем, и ему нужно было обратиться к кардиологу в областной больнице. Следователь не позволил выезд. Она утверждает, что следствие неоднократно отказывало в ходатайствах о посещении невролога и кардиолога.
«Зрение у него ухудшилось; на любой вопрос следователю — отказ», — сказала она.
20 октября суд продлил домашний арест ещё на месяц.
17 октября в отсутствие Паниной в её доме прошёл обыск; она опасается подброса улик и подала два заявления в полицию.
В марте 2026 года семье уничтожили скот из‑за эпидемии опасного заболевания; Панина утверждает, что компенсация покрыла менее трети потерь, а преследование мужа связано с критикой властей. Его причастность к поджогу семья отрицает.
Ранее Панина сообщила, что вместе с инициативной группой жителей продолжает добиваться от местной администрации документов об уничтожении животных; в опубликованных планах сельсовета упоминаний о забое скота нет, а финансовые документы невозможно прочитать. Она заявила, что направила обращения в Следственный комитет и другие инстанции; проверки уже начались.
