«Здравствуй, Лев! Я в порядке. В тюрьме, на казенной пайке, без передач, без денег и даже без сменных вещей. Но люди живут и здесь, и я выживу».
До выхода на пенсию Светлана Бурим работала врачом‑анестезиологом‑реаниматологом и спасала жизни. Однако после слов восхищения в адрес бойцов РДК — «вот они настоящие русские Витязи. Красавец и Герой!» — военный суд признал её виновной в «публичном оправдании терроризма».
Светлана открыто высказывала своё негативное отношение к войне, и её показания были использованы в обвинении. На суде она ожидала назначение штрафа, но после единственного заседания её задержали прямо в зале и поместили под стражу.
Несмотря на перенесённый инфаркт и другие серьёзные проблемы со здоровьем, из следственного изолятора она пишет сыну: «В зоне, может, меня в медчасть определят – там нужен врач… Я выживу и выйду… Выйду, приведу себя в порядок и еще поживу».
Ситуация вызвала беспокойство у близких: сейчас женщина находится без передач и сменных вещей, её здоровье вызывает вопросы, а судьба дела остаётся предметом судебного разбирательства.
